asoiaf : Lullaby for dark ages

Объявление

Добро пожаловать!

Ну, моё летнее дитя, садись поудобнее. Я расскажу тебе историю, про Дракона злого и про Деву прекрасную, про Рыцаря доблестного, что отправился спасать свою возлюбленную, про Друзей его верных и Врагов коварных. Про то, что не все сказки имеют счастливый конец, про то, как Дракон убил Деву, а Рыцарь совсем позабыл свою Любовь, променяв ее на Власть. А затем все жили счастливо, но не долго...

ГОЛОСОВАНИЕ! Конкурс "Кто родители Джона Сноу?"

Можешь выбрать свой подарок "Подарки и покупки"

Новости


08.03.2016 - С праздником весны и красоты, дорогие дамы! Новые квесты для Севера «Дредфортское алое» и «С волками жить»
06.03.2016 - Появилась система подарков и мотиваций читать
01.03.2016 - Новое голосование
20.02.2016 - Тема "Хронология" - заполняется по вашему желанию
17.02.2016 - Новая статья "Лояльность" в Экциклопедии Вестероса
16.02.2016 - Подведение итогов викторины
15.02.2016 - Новая акция #2 вырастая - освещаем
07.02.2016 - Первое подведение итогов
31.01.2016 - Викторина в честь старта игры
25.01.2016 - Открыты сюжетные квесты
21.01.2016 - Создан первый квест
18.01.2016 - Открытие ролевой игры ПЛИО «Колыбельная для темных времен»

Лучшие


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » asoiaf : Lullaby for dark ages » Здесь и сейчас » ch I: «Перед Богами и людьми»


ch I: «Перед Богами и людьми»

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://savepic.ru/8333381.png
«Перед Богами и людьми»
Впервые после рождения, принцессу Рейнис представили ко двору. Десница короля – Тайвин Ланнистер, поспешил организовать в честь такого события прием, пригласив именитых лордов в Королевскую Гавань. Во многом десница преследовал и свои собственные цени: визит делегации Мартеллов и Тиреллов мог бы стать прекрасным предлогом для встречи Южной Лиги.
♦ Локация: Тронный зал Красного замка ♦ Время: третья луна ♦ Участники: .

Другое

Об амбициях принца Рейгара знают: Оберин Мартелл, Варис. Могут распоряжаться информацией по своему усмотрению. О Северном альянсе знают: никто из присутствующих.

1. Очередность отсутствует. Может быть введена по требованию игроков.
2. ГМ играет и за Судьбу и за отсутствующих важных персонажей. 1 полный круг постов - 1 пост ГМ.
3. Картинки, посторонние цитаты и музыка в постах запрещена.

0

2

[let]Столы расставили в виде полукруга перед ступенями, ведущими к подножию железного трона таким образом, чтобы между гостями и королем все же оставалось приличное расстояние на котором могли выстроится вряд белые плащи, закрыв собой железный трон и восседающего на нем дракона. Охрану во дворце к званому обеду с именитыми лордами также усилили.
Эйрис II весь день провел в тронном зале, не сходя со своего неудобного, ощерившегося остриями клинков, сиденья: он лично наблюдал за тем, как сервировали блюда, как накрывали столы, какие напитки  и яства подавали. Кроме прочего, он, разумеется, следил за тем, кто притрагивался к еде, желая удостовериться, что лишь проверенные лакеи, которые годами были подле него подходили к столу. Число блюд из-за присутствия короля по его личным указаниям сокращалось с каждым часом. Таргариен отвергал те или иные угощения по ему одному известным причинам: придворные начинали всерьез волноваться за то, что знатным гостям в конечном итоге еды может попросту не хватить. Стоит ли говорить, что из столовых приборов король повелел оставить лишь ложки, запретив выносить вилки и, само собой, ножи.
Когда герольд возвестил о прибытии в город гостей с их свитами, Эйрис велел позвать за Рейлой. Королеву при дворе не видели уже несколько месяцев: король не позволял ей показываться на глаза по причине, известной лишь ему и его супруге. Как бы там ни было, по слухам, причина эта была мрачной и крайне опасной для обсуждения даже шепотом при потушенном свете. Как собственно, и большая часть того, что касалось персоны короля-дракона.
Рейла появилась в зале вместе с Варисом, который старался не отходить от нее далеко, во всяком случае в присутствии Эйриса, по личному распоряжению которого Мастер над шептунами должен был собственными глазами присматривать за супругой недоверчивого и ревнивого короля.
- Слишком много мяса и вина... - прошипел Эйрис, окидывая хмурым взглядом накрытые столы, которые итак уже весьма обеднели после его ревизий, - Сколько нужно кабанов, чтобы Тиреллы набили свои рты и не раздражали меня своей болтовней, м?
Ни к кому конкретно король не обращался, хотя и смотрел в сторону супруги и Паука. Лакеи застыли в нерешительности, по-видимому, не зная, оставаться на своих местах или унести  прочь с глаз монарха еще несколько блюд.
Герольд сориентировался первым и, выступив вперед и отвесив нижайший поклон, сообщил королю планируемое количество гостей. Даже не прибегая к пересчету, было ясно, что стульев более чем в два раза меньше, чем необходимо. Последнее разубедило Эйриса еще сокращать число блюд, но не более того.
- Значит, будут есть стоя.
- Ваше Величество, прикажите приглашать благородных милордов и леди? - герольд так и не выпрямился после поклона, белые плащи по сигналу короля заняли свои места подле железного трона.
- Пусть войдут. - сквозь зубы произнес Эйрис, приглашая жестом Рейлу сесть рядом с ним на приготовленное для нее кресло.
Слуги во главе с герольдом распахнули двери тронного зала и вышли, чтобы пригласить гостей короля войти. Музыканты, расположившиеся у входа, без всякого сигнала или команды, по сложившейся на многочисленных раутах и приемах традиции начали играть заглавную любого благородного застолья "В заливе Черноводье".
- Приветствуй их ты, - Эйрис не посмотрел на свою королеву, но она и без того по тону голоса поняла, что обращается он к ней: - Мой обходительный Десница посчитал невозможным обойтись без всех этих заигрываний с приглашениями лордов, но зато предпочел не являться в назначенный час, чтобы встретить делегацию, а мне претит петь дифирамбы и улыбаться тем, кого я не звал.

Отредактировано Aerys II Targaryen (2016-02-05 20:37:56)

+2

3

     В последние месяцы она редко бывала в тронном зале, однако ни одна деталь его шикарного убранства не была удалена из ее памяти, навсегда хранившей остатки воспоминаний из детства и юности. Даже сладковатый запах гниения, слышавшийся с улиц Красной гавани сквозь большие открытые окна, не способны были перебить никакие ароматы сочных, свежеприготовленных блюд. Рейла ступала по каменному полу тихо и уверенно, однако даже такие ее шаги эхом отдавались от стен, возвещая короля о ее приходе. Опустив плечи - она надеялась как можно незаметнее проскользнуть на свое место - та, что от крови дракона, подняла холодный взгляд на Эйриса, поприветствовав его кивком головы. Семенивший за ней Варис, отчего-то двигавшийся куда тише, напоминал королеве о ее тяжелой поступи и понурил свою лысую голову, не произнеся ни слова. Привыкшая к его обществу Рейла даже скосила на него подозрительный взгляд - обычно евнух не затыкался, болтая без умолка.

     Рейла не показывалась при дворе последние три месяца, почти не выходя из собственных покоев и лишь бледной тенью перемещаясь по Красному замку в темное время суток. Она буквально спиной чувствовала, как шевелятся волоски на ее затылке от постоянных пересудов, почему вдруг королева стала такой замкнутой. Эйрис и верные ему слуги ссылались на дурное здоровье Ее Величества, и подобная легенда поддерживалась тем, что раз в десяток дней ее навещал мейстер, однако подкупить его и выведать информацию не удавалось никому. Да и сама Рейла не спешила распространяться о своем недуге, даже фрейлин пуская к себе крайне редко и только будучи в постели. На самом же деле, причина скрытности женщины крылась в переломанных костях на руке, которую невозможно было спрятать под платьем или плащом, даже несмотря на искусно выполненную фиксирующую повязку. Обычно все травмы, полученные Рейлой в процессе общения с ее младшим братом, тщательно скрывались за ее якобы врожденной неуклюжестью, падениями с лошади и прочими небылицами, однако очередной скандал, прогремевший в замке однажды ночью и собравший у покоев короля всю прислугу, не позволили Тарграриенам замять это дело, как прежде. Рейле ничего не оставалось, кроме как затаиться на какое-то время и смиренно ожидать, когда кости срастутся, а ее супруг вновь проявит к ней свою царскую милость.
     Злилась ли она на своего супруга после очередного приступа неоправданной ревности, из-за которого была вынуждена страдать? Возможно. Особенно в первые дни. Тогда наиболее хорошим выходом ей казалось броситься в Черноводную и разбиться о скалы, но Рейла сумела вовремя внять голосу разума. Когда-то Эйрис был прекрасным человеком, и его новоприобретенное безумие вполне может статься последствием их болезненных отношений. Рейла во многом винила себя, и эта вина поддерживала в ней чувство долга и какой-то странной преданности своему королю. Женщина прощала его раз за разом, день за днем, и сегодня она тоже спускалась в тронный зал, полная умиротворения и не держа злобы на супруга.

     - Чем больше люди счастливы, тем менее они сосредоточены, мой король, - заметила та, что от крови дракона, приподнимая тяжелые шуршащие юбки и восходя к месту, на котором сидел Эйрис. Белые плащи внимательно осмотрели ее, будто видели на свою королеву, а чужестранца с кинжалом, однако безмолвно пропустили к ее месту. Подбив платье и лишь аккуратно тронув недавно залеченной рукой серебристую прядку волос, выбившуюся из прически, Рейла замерла в ожидании. Она могла бы попросить слуг принести дополнительные скамьи, однако перечить королю не решилась. В конце концов, этот небольшой пир не имел для нее ровно никакого значения, и уж если они в чем с Эйрисом и были согласны, так это в том, что раз десница сам нашел себе развлечение, пускай не втягивает в это монаршескую чету. Отчаянно выпрямляя спину и складывая ладони на подоле, она старалась выглядеть расслабленной и приветливой, ровно до того времени, пока Его Величество не потребовал от нее поиграть в хозяйку дома. Почти оскорбившись - не он ли еще пару месяцев назад изводил ее, чтобы та не смела даже заговаривать с чужими мужчинами, не то, чтобы лезть в государственные дела - Рейла недовольно раздула ноздри и закатила глаза, впившись ногтями в подлокотники кресла. Она как никто другой хорошо знала, чем такая милость могла обернуться.
     - Я не думаю, что я самый хороший вариант для... дорогие гости! - с испуганного и сдавленного, голос королевы мигом стал высоким и звонким, словно еще минуту назад та смеялась над какой-то особо удачной потехой, - да благословит вас Матерь, да защитит вас Отец...
Вырезав на своем точеном лице подобие улыбки, серебряно-волосая осматривала небольшую делегацию, которая постепенно прибывала в зал. Некоторые из них подходили к Эйрису и Рейле с поклоном, кто-то сразу рассаживался на места, менее же именитые гости ютились, стоя в сторонке. Рейла замерла, не предполагая, что делать, а, главное - как помочь решить проблему с рассаживанием гостей.

+2

4

Герольд был заранее оповещен о готовящимся пиршестве, поэтому успел предусмотреть все меры предосторожности. За день до пира он убедил Короля, что все гвардейцы должны как следует выспаться перед приёмом гостей, дабы все семеро смогли присутствовать в зале. В прошлую ночь вместо гвардейцев покои Короля и Королевы охраняли золотые плащи - каждого рыцаря Гвардии заменили дюжиной охранников. На утро все рыцари рассредоточились по залу, и пока слуги готовили зал Герольд и его братья осматривали все места, планы размещения гостей и, прежде всего, список тех, кто будет участвовать. Когда всё было подытожено, Хайтауэр посетил Короля с просьбой одобрить планы и списки. Каждый из гвардейцев был ответственен за часть гостей, однако все вмести были готовы в любой момент пресечь любую угрозу, а угроза, по мнению Короля, была всегда.
Герольд сопровождал Короля до того, как он вошёл в зал, после чего присоединился к остальным шестерым рыцарям Гвардии, встав между столами и Железным Троном. По всему периметру зала стояли золотые плащи, каждый на расстоянии вытянутой руки от соседей. Количество стражи в зале немногим уступало количеству приглашенных гостей, фактически Король был в состоянии перебить всех присутствующих, даже если допустить, что и женщины, и дети будут вооружены. Несколько золотых плащей стояли у входа и проверяли всех гостей, не допуская внутрь вооруженных или отсутствующих в списке людей. Естественно, некоторые весьма удивились, что не оказались в списке дозволенных, однако никто не посмел поднять шум и возмущаться.
Когда в зал вошла Королева с Варисом, гвардейцы расступились, дав ей пройти к Королю. В обычные дни её сопровождает один из рыцарей, однако в этот день все они были подле Короля. Несмотря на доверие Эйриса к своим охранникам, Королеву ни разу не сопровождал один и тот же гвардеец два или более дня подряд. Все шестеро несут службу по очереди, сам же Герольд каждый день вместе с другими охраняет Короля. Можно считать это предостережением, а можно и милостью. Кто сможет держать обеты и охранять Короля и его жену, если каждый день стоять подле покоев и слышать то, что слышать недозволенно. Поначалу и Хайтауэру было тягостно от происходящего, однако со временем это прошло и перестало замечаться. От мыслей о том, насколько это благородно и правильно рыцарь каждый раз дистанцировался, зарываясь в бумагах либо же в размышлениях о любых вещах.

+2

5

Молодая фрейлина принцессы Элии вся тряслась, как осиновый лист на ветру. Она впервые посетила столицу, и уж тем более, никак не могла предполагать, что на нее возложат такую участь: вынести на руках малышку-принцессу Рейнис. Первый ребенок принца Рейгара и его жены. Ах, как жаль, что леди Элия не может здесь сейчас присутствовать, как бы она гордилась своей девочкой… Облаченная в алую вуаль, эта малышка была точь-в-точь как мать, но даже в колыбели ее окружали символы Таргариенов. Десница успокаивал фрейлину: тебе нужно только зайти и сразу передать внучку растроганному деду, более ничего. Как же! Если сир Тайвин так уверен в том, что Его Величество король Эйрис будет растроган, почему же он сам не взял на себя честь стать провожатым для юной принцессы? И почему госпожа Элия с принцем так скоро отбыли на охоту?
Девушка заглянула сквозь щель в дверях, ведущих в Великий Чертог. Такой красоты и величия она ранее никогда не видела: от самого входа в тронный зал до огромного трона из тысячи мечей возлежало алое полотно, на стенах висели черепа драконов, а те, что были настолько большие, что не могли поместиться на стене – стояли прямо на мраморном полу. Самый крупный, принадлежащий Балериону Черному Ужасу, стоял у самого пьедестала трона, фрейлина могла бы расположиться в нем, как в постели. Кроме столь древних реликвий, зал украшали и вполне современные предметы искусства, например, изысканные гобелены, изображающие самые славные моменты из истории государства. Девушка была еще слишком юна, и узнать смогла лишь тот, что изображал Войну Пятигрошовых Королей. На нем король Эйрис и сир Тайвин сражались спина к спине. Едва ли в этом бледном юноше с воодушевленном взглядом можно узнать нашего хмурого короля… А вот прелестная королева Рейла, скромно склоняющая голову на одном из гобеленов, и сейчас всё так же привлекает взор. Ее грустные фиалковые глаза были  устремлены лишь на своего коронованного супруга. Ах, вот бы и самой фрейлине однажды встретить такую любовь, чтобы с самого рождения и до самой смерти.
По обе стороны от трона стояли гости. Без разрешения Короля никто не мог подступиться к столу, хотя леди Триста, как казалось фрейлине, уже выглядела весьма уставшей. Девушка слышала, что король Эйрис даже не распорядился подготовить покои для дорнийцев, и принцессе пришлось ожидать, когда слуги сделают свое дело, прежде чем прилечь. Делегацию из Дорна можно было легко узнать по строгим и элегантным костюмам миндального цвета, расшитым, разумеется, золотом. Напротив были Тиреллы: их белоснежные костюмы украшали золотые плиты и зеленые цветы. Даже усы у мужчин были подкручены по последней моде, а волосы леди Оленны были так хороши, что фрейлина даже подумала, что это парик. Гости казались весьма заинтересованными, а вот сам король смотрел безразлично, лицо было безразлично. О чем он думал? Его глаза были пустыми, как у слепого, и хоть уже настала долгожданная весна, в них можно было ощутить какой-то холодок.
- Ты с ума сошла? Лорд Тайвин уже выходит! – девушку схватила за руку подруга и потянула в сторону коридора, который вел прямо к трону Его Величества. Этим входом пользовались члены Малого совета.
В Тронном зале пахло миндалем и горькой настойкой. У фрейлины даже заслезились глаза, но делать было нечего. Перед ней была лишь спина десницы. Рядом с ним девушка с младенцем на руках казалась совсем крошечном и жалкой.
После того, как Король Эйрис поприветствовал гостей, неожиданно лорд Тайвин низко поклонился Железному трону, и отдельно отвесил поклон в сторону королевы. Девушка не знала, что ей делать: на руках у нее была особа королевских кровей, должна ли она склонить голову пред Таргариенам?
Ланнистер развернулся к гостям и торжественно произнёс:
- Лорды и леди, прошу приветствовать Ее Величество  Рейнис Таргариен, вторую своего имени, принцессу Дорна и наследницу Драконьего Камня.
Девушка глубоко вздохнула и подошла к деснице. Тот взял малышку из ее рук, поднял над головой, а затем медленно подступился к трону, чтобы передать девочку ее коронованному деду.
В этот момент гости изумленно заахали и послышались аплодисменты. Девушка рассеяно попятилась назад, чтобы скрыться в кулуарах.
- Ах, разве можно здесь сдержать эмоции? – послышалось за спиной сира Хайтауэра. – Столь прелестное дитя… А вы, сир, разве не должны сейчас сопровождать принца Рейгара на охоте?
Сладкоголосый лорд Варис прикрывал рот широким веером. Не смотря на то, что он прибыл сюда в компании Ее Величества Королевы Рейлы, он быстро спустился с небес на землю. Он специально искал Хайтауэра. Не так давно у них был не самый приятный и простой разговор, и лорду Варису стоило приложить много усилий, чтобы благочестивый рыцарь не разнес вести, что ему не принадлежали, по всей Королевской Гавани.

+2

6

Принцесса Мирия не любила Королевскую Гавань, насквозь пропахшую тленным зловонием безумия, щедро подпитываемым лестью, на которую никогда не скупились подхалимы, окружавшие некогда подающего надежды короля. Дорнийка помнила другое время, когда пиры были роскошнее, музыка мелодичными переливами оживляла стены древней твердыни, а стол ломился от самых разнообразных кушаний, которых она никогда не пробовала в родном Дорне. То ли молодость сыграла злую шутку над ней, юной и зелёной, как мурава, впервые покинувшей Солнечное Копье и пределы своего засушливого края, а может король Джейехерис и вправду был более радушным хозяином. Ей следовало бы улыбнуться или хотя бы придать толику приветливости своему лицу, до сих пор красивому, несмотря на возраст, но принцесса предпочла не уподобляться дворцовым гиенам, всегда шествовавшая по собственному пути, зачастую собственноручно прокладывая золотую тропинку к желаемому.  Немало усилий ей пришлось приложить и ради светлого будущего своей дочери, сейчас казавшейся ей на редкость печальной, отчего материнское сердце ёкнуло, от невозможности прямо сейчас подойти к собственному чаду, заглянуть радости своего сердца в глаза и узнать, что же заставило это милое личико омрачиться. Слишком много глаз следили за каждым движением гостей, предавая сказанным словам совсем иной смысл, проливая яд в уши из без того параноидального короля. От амбициозного юноши с искрящимися фиалковыми глазами не осталось ни следа, только полотно безумия застилало взгляд – единственное, что не скроешь глупыми оправданиями и бессмысленными сказками о предателях. Неужели его ближайший друг и соратник во всем не заметил этой перемены? Не верилось. Как и не верилось в прочность Южной
Лиги;  все казалось дорнийке уж слишком наигранным и неправдоподобным. Старуха Оленна, и та, вопреки своему обыкновению была мила и обходительная даже с кровными врагами Простора. А лорд Тайвин, тот самый Лев с Утёса, прослывший на все Семь Королевств своей непоколебимостью и жесткостью нрава, сейчас не погнушался взять на руки маленькую принцессу, рожденной не от его крови, как того очень хотелось ему, и представить ее королю. Ни за что и никогда не поверила бы Мирия в добрые намерения Тайвина Ланнистера относительно Дорна, хотя бы потому что как сейчас помнила его отказ от брачного союза между Солнечным Копьем и Утёсом Кастерли, оскорбительный и навсегда перечеркнувший возможные добрые отношения между двумя регионами. Скорее он обрадовался бы смерти Элии, чем счастью её материнства, ведь она, сама того не ведая, вырвала из Львиных когтей и без того зыбкую надежду на брак с Драконами.
Слишком много лжи в одном помещении – даже в таком огромном зале от нее становилось удручающе душно и тошно, не говоря уже о том, что право представить внучку дорнийской крови королю принадлежало ей, но никак не Ланнистеру.
- Не стоило утруждать себя, лорд Тайвин. Свою внучку я в состоянии представит сама; как-никак, это дело семейное, и оно не терпит вмешательства посторонних, - улучив удобный момент, Мартелл не смогла не отпустить колкое, так и норовившее сорваться с языка.  Змеиные глаза принцессы  Мирии неотрывно следили за каждым движением десницы короля, готовясь прожечь его насквозь, стоит только заподозрить неладное.  Но громогласные аплодисменты малютке Рейенис заставили дорнийку отвлечься от отягощавших душ разум и возгордиться своей внучкой, принадлежавшей скорее Дорну, с ее темными волосами и оливковой коже, легко отодвинувших серебро на второй план.
Настал черед венценосного взять малютку на руки и сказать доброе слово своей крови, но поразительная медлительность настораживала дорнийку.

+1


Вы здесь » asoiaf : Lullaby for dark ages » Здесь и сейчас » ch I: «Перед Богами и людьми»


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC